Актуальное прочтение трагедии В. Шекспира "Ромео и Джульетта"

У влюбленных всегда были трудности — не было жилплощади, не было денег, не было красивых вещей и романтических путешествий. Презервативы, правда, были, но не было книг по культуре секса, разъясняющих, как правильно эти презервативы использовать. Но, тем не менее, все как-то устраивалось само собой.

Некоторые, однако, всех трудностей и препятствий вынести не могли и иногда кончали с собой. У самоубийц условия тоже были трудные — не было револьверов и патронов к ним, не было ядов, часто даже банальной веревки под рукой не оказывалось, не говоря уже о спокойной обстановке. Но всё как-то устраивалось.

И вот двое несчастных влюбленных никак не могли устроиться. Оба такие невзрачненькие, славные, с большой, возвышенной любовью. С ней родители проводили воспитательную работу. Говорили, что избранник её — сопляк, голодранец, неумеха. В общем, говорили: "сиди дома, чтоб в подол не нагуляла". Его же родители норовили просто пороть: "нашёл хворую, убогую замухрышку, жизнь себе калечить, вот мы из тебя дурь-то повыколотим. Деться некуда, да и не на что, никаких просветов и перспектив. Сплошной нормальный трагизм юных душ.

Целуются они в подъездах, читают книги о любви и ходят в кино, держась за руки. И тут им в эти неокрепшие руки попадает биография, чтоб ей сгореть, дочери Маркса Женни, как они с мужем марксистом вместе покончили собой. Вот упав на взрыхленную ниву марксистского воспитания, это зерно и дало видимо свой зловредный отросток. Ничего себе перышко свалилось на хилую спину верблюда. Они ведь с детского возраста знали, что марксизм есть не догма, а руководство к действию. Это тебе не Ромео и Джульетта. Монахов советская власть повывела, аптекарей тоже крепко прижала, и ждать милостей от природы им не приходится. Куда за сочувствием обратиться? А у нее была знакомая санитарка. И она обратилась к ней, но тайну не раскрыла. Просто попросила достать сильных снотворных таблеток от бессонницы... И подробно выспросила: "А сколько надо, чтобы покрепче уснуть? А сколько предельно можно? А если больше? А сколько уже ни в коем случае нельзя, что и вообще можно не проснуться?"

Санитарка отнекивается, берет с нее страшное обещание, что не выдаст, и приносит в конце концов таблетки. Пакетик запечатан розовой бандеролью со штампом, и над латинской прописью черная этикетка с черепом "Осторожно! Яд!" Сильнодействующее средство, значит. Нормальная доза полтаблетки, от двух даже буйный шизофреник заснет, а больше четырех опасно.

И тогда он договорился с приятелем из общаги, чтоб побыть день в его комнате, когда все на работу уйдут. Утром уломали вахтёршу — подарили ей коробку конфет. А когда еще трое из комнаты ушли на работу, знакомый оставил их с ключом, велев удалиться до четырёх часов. Остались они вдвоем. Зажгли свечу, выпили бутылку шампанского, съели торт и килограмм апельсинов — венчальная трапеза. Долго писали предсмертное письмо, где всем прощали. И легли в постель.

Разделили поровну смертоносные таблетки — по полпакетика каждому, приняли яд и легли обратно. Обнялись и стали ждать вечного забвения.

Снотворное действовало медленно — следствие волнения. Но постепенно стали тихо и сладко засыпать. От сна отвлекало только металлическое ощущение в желудке. Возник холодок по телу, выступил пот. Кольнуло в животе, там появились спазмы, забурчало. Крутить стало в животе, нет уже мочи терпеть.

Он, стиснув зубы, признается: "Мне выйти надо на минуту". Она: "Мне тоже". И тут выясняется кошмарная вещь. Потому что дверь они разумеется закрыли. А ключ, приняв яд, выкинули в форточку. Чтобы уже в последний миг не передумать, не выйти за помощью малодушно. А этаж - четвертый. Они кряхтят, не глядя друг на друга. Сна ни в одном глазу. Кишки поют, скрипят и рычат на последнем пределе. Он пытается дубасить в дверь, но везде тихо и пусто — обезопасились от помощи и помех! Если им раньше жизнь была не мила, то сейчас они умирать уже больше не хотели, потому что хотели они только одного - в сортир. И любовь, и смерть, конечно, прекрасны, но все это ерунда по сравнению с туалетом в необходимый момент.

Шипя и поухивая, пытается он подковырнуть как-то замок, выломать дверь, но силенок уже нет, а в брюхе наяривает адский оркестр под давлением в десять атмосфер. Убийца-санитарка проявила предусмотрительную гуманность - снабдила их хорошим слабительным. Глупости это, что смерть страшна. Фармацевтика в союзе с природой способны устроить такое, пред чем смерть покажется пикником на взморье.

Придя с работы и не достучавшись, хозяева открыли дверь запасным ключом. И выпали обратно в коридор. Вы не пытались войти в туалет районного автовокзала после ярмарки? Две голубые тени беззвучно лепетали об отравлении. Скорая с разгону закатила им промывание и увезла вместе с пакетиком из-под яда, взятым для анализа оставшихся крупинок. По результатам анализа врачи с характерным и неизменным цинизмом, разумеется, бессердечно хохотали, чего нельзя было сказать о гостеприимных хозяевах комнаты.

Такая высокая кульминация и низменная развязка завершили отношения злосчастной пары — они разбежались. Его потом дважды ловил знакомый и бил морду; а она, напротив, подружилась с санитаркой.