На АТС были какие то проблемы с кабелем и мой телефон не работал в течении трех суток.
Телефонисты вырыли траншею во дворе, прямо посреди тротуара, так, что в условиях осенней слякоти ее преодолеть можно было только на вертолете. Их возня с пучками разноцветных проводов, торчащих из свинцовой оболочки не слишком радовала — электронную почту нельзя было скачать, не говоря про то, что никуда нельзя позвонить и никто до меня не мог дозвониться. Я уже видел черти какой сон, как среди ночи раздался телефонный звонок.
— Едри вашу налево! Кому это не спиться в такое время? Что за срочность? — ворчал я подходя к аппарату, — Але!
— Але, здравствуйте. Я решил покончить жизнь самоубийством.
— Ну, а я тут причем? Решил, значит дело надо доводить до логического завершения.
— Это служба доверия?
— Доверяй, но проверяй! Ты хоть бы на часы глянул, я же спать уже завалился, а тут ты со своим самоубийством.
— А что разве служба не работает круглосуточно?
— Нет, только с девяти и до восемнадцати, обед с двенадцати до тринадцати.
— А если мне сейчас захотелось уйти в мир иной?
— Мечтать не вредно. Значит ты не вовремя туда собрался. Звони после девяти, я тогда буду тебя уговаривать не делать этого. У меня оплата почасовая и платят только за рабочее время. А на общественных началах, поищи других дураков.
— Спасибо! Я уже умирать передумал. — в трубке раздались гудки.
Я набрал номер дежурной по АТС.
— АТС слушает.
— Слушай дежурная, зачем вы мне на домашний номер телефона присобачили номер службы доверия.
— На линии была авария, оборвался кабель. Утром восстановим нормальную связь. Какой у вас номер телефона.
— Да пошла ты! — Я бросил трубку на рычаги.
Походил по комнате, зашел в сортир, справил малую нужду и двинулся в сторону кровати, как телефон опять зазвонил.
— Але, это служба доверия?
— Угу, что вешаться вздумала?
— Нет, порезать вены.
— Кобель сбежал к другой сучке?
— Он не кобель, а клевый парень.
— Ща твой клевый имеет твою подружку, клево так, во все места, а ты вены резать собираешься? Чем ты их резать будешь, не кухонным ножом?
— Нет бритвой.
— Не советую бритвой, лучше кухонным ножом, предварительно затупленным.
— Почему.
— А я откуда знаю. Наверное кровищи будет больше.
— Я крови боюсь.
— Тогда вешайся.
— У меня веревки нет.
— Занавеска есть?
— Есть.
— Вешайся.
— Карниз не выдержит.
— А ты к люстре привяжи.
— Люстру жалко, мне ее мама подарила.
— Какая тебе разница, ведь ты удавишься?
— Нет все равно жалко. Ты такой забавный! Мож встретимся?
— Приглашаешь на палку чая?
— Угу.
— А как же вены, ты что, передумала их перерезать?
— Неохота.
— Ну, ты даешь, я тут сижу распинаюсь, жду когда ты кони двинешь, а тут на тебе — неохота? Мож порежешь вены, а? Мы ведь в морге зарплату получаем, чем больше трупов, тем выше ставка.
— Ха-ха-ха, а ты оригинал, может все таки встретимся?
— Только, должен тебя предупредить, я четырежды женат, имею восемь детей, шестьдесят три внука и двух правнуков, не считая многочисленных любовниц. Но это фиг с ним, я могу развестись и на тебе жениться. Мне твои сиськи сразу понравились.
— Как, по телефону? Ха-ха-ха. Они же маленькие.
— Фигня это все. Поедем во время медового месяца в круиз, заглянем в Силиконовую долину, накачаем их силиконом. Такие получатся — просто отпад, крутые будут у тебя прибамбасы. Так, диктуй имя, фамилию и размер бюстгалтера.
— Зачем?
— Как зачем? Я тебя в очередь запишу. Ты что думаешь, одна такая, кто со мной встречу назначил. Тут очередь. Так, где у нас тут свободное время. Ага, в следующем месяце, пятнадцатого числа. У тебя месячных надеюсь не будет в это время? Придешь подмытая и со справкой от сифилисного врача. Мы с тобой порезвимся.
— Спасибо, не люблю очередей. Ладно, я еще позвоню, пока. — в трубке раздались гудки.
Спать уже не хотелось. Я пошел на кухню и заварил кофе. Раздался еще один звонок.
— Здравствуйте, спасибо, что позвонили! — отвечаю, стараясь говорить с импортным акцентом. Что будем: вешаться, топиться, травиться, резать вены, стреляться? У нас самый большой выбор принадлежностей для самоубийц: шелковые веревки намыленные лучшей французской косметикой, прекрасные яды из экологических натуральных трав собранных на Тибете, титановые бритвы для перерезания вен от лучших европейских производителей, мультимедийные джакузи с электрошоком ...
— Это служба доверия?
— Да, это служба доверия, с вами говорит сертифицированный специалист, прошедший стажировку в Лос-Анджелесе, доктор Эндрю Краморски. Мы работаем по лучшим западным технологиям служб доверия, оказываем людям прибегнувшим к суициду самую квалифицированную помощь. Если вы не в состоянии покончить с жизнью самостоятельно, то можем выслать сертифицированных киллеров, которые за умеренную плату помогут вам. У нас также вы можете заказать весь набор похоронных услуг...
— Проклятые буржуи, и сюда добрались, грязные торгаши!
— Моя твоя не понимает. Это есть честный бизнес. Желания клиентов наша обязанность. У вас есть факс? Мы вышлем вам прайс наших услуг. Не забудьте посетить наш сайт в интернет: дайбл ю,дайбл ю, дайбл ю, точка, суицид, точка ...
— Во блин, докатились до точки. Кругом реклама. Послушаешь и умирать не захочется, — на том конце положили трубку.
У меня появилось время дохлебать кофе. Опять звонок.
— Здравствуйте! С вами говорит служба доверия. Рассказывайте.
— Что рассказывать?
— Как докатились до жизни такой? Не хотите про жизнь, рассказывайте анекдот матершинный.
— Да что рассказывать — девушка ушла.
— Мне тут час назад звонила девушка от которой кобель к другой сучке убег. Мож тебе дать ее телефончик, снюхаетесь?
— Что это за служба доверия? С кем я разговариваю? С психологом или священником?
— Монашка в декрете, а психолог с женой все время стычки устраивал, она от него сбежала, обозвав психом, он таблеток сожрал несколько пачек, теперь в реанимации валяется. А я паталогоанатом. Ты давай колись быстрее, а то у меня тут еще работа — один гад выстрелил себе в бошку и пуля там застряла. Блин, не мог разрывными стрелять, теперь придется делать трепанацию его дырявого черепа и искать эту чертову пулю.
— Вы шутите?
— Какие к черту шутки? Все на полном серьёзе. А ты какими пулями стреляться удумал, а то смотри у меня.
— Я передумал, — опять гудки.
Тут я вспомнил, что можно скачать электронную почту и включил компьютер, как раздался еще один звонок.
— Але, служба доверия?
— Она самая. Ну, а ты как решила уйти в мир иной?
— Выпрыгнуть с балкона.
— Какой этаж?
— Четвертый.
— С четвертого и дурак прыгнет. Еще небось внизу грядки жильцов с первого этажа, а не асфальт.
— Там кусты.
— Надо с двадцатого сигать и без парашюта.
— ... — на том конце воцарилось молчание.
— Понимаешь, это нашим друзьям из службы спасения удобно. С четвертого сковырнешься в кусты, только руку или ногу сломаешь. Если самоубийца живым останется, то его надо будет спасать, вынимать, капельницы, реанимация, в общем сама понимаешь, сколько хлопот. А с двадцатого об асфальт шмякнешься, приедет машина, соберет тебя в целлофановый мешок и все. Только дворник песком мокрое место посыплет и как будто ничего не было. Ну, как договорились? Прыгаешь с двадцатого?
— Нет не прыгаю.
— А что, слабо?
— Страшно.
— А еще самоубийца называется. Ты номером ошиблась, тебе надо было не в службу доверия звонить, а в передачу "Спокойной ночи малыши". И пусть тамошний хрюша с тобой хрюкает по ночам. А мы настоящими самоубийцами занимаемся. Клади трубку не отнимай время, мне сейчас камикадзе должен позвонить.
— Извините, я уже хочу жить, — трубку положили.
Наконец я добрался до компьютера и только притронулся к клавишам ... звонок.
— Ты сам умрешь или киллера прислать?
— Извините, это телефонист из АТС.
— А я думал, что Вован, который две штуки зелени занял и когти урвал. Голос похож. Ну, че тебе, братан, буровь быстрее, меня шлюхи ждут в джакузи.
— Я телефон проверяю, а то кабель порвался, вчера провода перепутали.
— А, это ты телефончик мне угрохал? Я четвертый день факс из Цюриха не могу получить, узнать отправили они кокаин или нет. Смотри у меня братан, чтобы все чики — чики было. А то братва придет познакомиться, она проложит тебе кабель в заднем проходе.
— Не беспокойтесь, все будет в ажуре.
— Да, и яму там не забудь зарыть, а то братва тебя там зароет. Моя "Мазда" уже третий день на приколе, не может твой окоп объехать.
— Не беспокойтесь, все будет сделано.
— Давай, братан, шурши шустрей.
Уже светало. Кофе перестало действовать и клонило ко сну. Я выключил компьютер и пошел спать. Только заснул, как опять звонок.
— Ну, блин кому еще не спиться?
— Привет, это я Марина.
— Какая к дьяволу Марина в семь утра?
— Да я тебе сегодня в полночь звонила, вены перерезать хотела.
— Ну, так чего же ждешь, режь быстрее, я хоть высплюсь.
— Да, не хочу я ничего резать. Просто позвонила в службу доверия, а мне сказали, что у них телефон не работал всю ночь. Я на АТС. Телефонист подсказал с каким они номером перепутали. Вот и нашла тебя. Знаешь, ты мне понравился.
— А ты мне нет.
— Но, ты спас мне жизнь и теперь я твоя должница.
— Только не натурой, верни долг деньгами. Имей совесть, я спать хочу. Всю ночь мне придурки звонили и всех надо было спасать от суицида. Позвони вечером, я буду выспавшийся и пошлю тебя по всей форме и куда подальше. Договорились?
— Окей! Спокойной ночи! Точнее утра.

Мы подошли к кафе и нырнули вовнутрь. Над стойкой был подвешен телевизор. На его экране мелькали клипы со всевозможной попсой, ритмично ноющей без слуха и голоса, прыгающей и дрыгающей тем, что танцорам мешает. Снизу шли заказные поздравительные титры, один из которых гласил: "Спасибо нашей Службе доверия! Сегодня ночью я узнал, как прекрасна жизнь! Несостоявшийся самоубийца."